Алина Борисова - Вампиры девичьих грез. Часть 1 [CИ]

   Мама что-то кричала. Что-то о том, что я живу на ее деньги, и на ужин пока не зарабатываю. А раз я смею так с ней разговаривать, то могу и близко к кухне не подходить - там нет ничего моего, а она со мной и крошкой хлеба не поделится, пусть я хоть сдохну от голода.

   А я смотрела на нее, и вспоминала, как она толкала меня прямо в руки вампира, глядя на него безумными, преданными глазами. Она была не виновата, я знала это. Но это ничего не меняло. Она предала меня в тот день. И какие-то мои чувства к ней умерли, и я нечего не могла с этим поделать. Она не смогла меня защитить. И никогда не сможет. Так зачем тогда тут орать и размахивать руками, словно от нее хоть что-то зависит?

   - Знаешь, - устало сказала я ей, - у меня сегодня было столько весьма экзотических возможностей сдохнуть, что я и помыслить не могла, что придется буднично сдохнуть в собственном доме от голода.

   Сдернула шарф, которым до того еще пыталась как-то прикрыть порванную блузку, бросила его на вешалку и попыталась пройти мимо нее в комнату.

   - Лариса! - нашелся новый повод для воплей, - Что у тебя с кофтой? Как я должна это понимать?

   - Она порвана. И мне все равно, кому и что ты должна. Ты дашь мне пройти, или мне на лестницу пойти прилечь, там мне по любому быстрее скорую вызовут?

   - Какую скорою, зачем? Лариса, что происходит?

   - Я уже сказала, что происходит. Я устала, я с утра только чашку чая выпила, я от голода уже сознание теряю. Я три часа не могла до второго этажа добраться, боялась с лестницы упасть, у меня в глазах все плывет. Но это же ерунда! Тебе ж обидно, что ты не в курсе, с кем и где я целуюсь! И из-за своего неудовлетворенного праздного любопытства ты готова меня уморить, всего лишить и за все наказать! Да если б ты только представить могла, как я тебя сейчас ненавижу!

   К такому она оказалась не готова, и наконец дала мне пройти. Папа едва ли уже спал, просто явно решил не вмешиваться и тихонько отсидеться в спальне. Тоже весьма удобная позиция, можно всегда оставаться хорошим, сваливая все выяснения отношений на жену. Но сейчас я была ему за это благодарна. Еще одного сеанса воспитания я бы точно не вынесла.

   А ночью я задыхалась от собственного крика. Все кричала, кричала, не в силах остановится и вздохнуть, потому что мы падали, так безудержно неостановимо падали, в Бездну, вглубь, за огни. Они мелькали перед глазами, красные, желтые, а я кричала, умоляя его остановиться. Но он не хотел. Или не мог. И мы все падали, падали, падали...

   Меня трясли за плечи, пытаясь добудиться, и мать и отец склоняли надо мной встревоженные лица.

   - Мы падаем, падаем, - твердила я им, плохо отличая сон от яви, и вновь погружаясь в забытье.

   За завтраком все сидели хмурые, не выспавшиеся. Мама, позабыв все, что мы с ней наговорили друг другу накануне, поминутно щупала мне лобик и предлагала пропустить денек университет.

   - Мам, отстань, я не могу, у меня сессия скоро.

   - Не может она, Лида, дружек ее там поджидает, куда она без него, - неожиданно поделился своим виденьем событий папа.

   - Папа, какой дружок, ты вообще о чем?

   - Да я о том, что кто-то пришел домой, шатаясь от потери крови, а потом всю ночь орал: "Анхен, Анхен!".

   - Неправда! - я почувствовала, что краснею.

   - Что неправда?

   - Он не пил моей крови!

   - Нет? Или тебе так кажется? Одежду на тебе кто порвал? Скажешь, не он?

   - Да объясните ж наконец, что происходит? - не выдержала мама. - какой еще Анхен, откуда он взялся вообще?.. Он что, вампир? Настоящий вампир попросил у Ларисы крови?! Но что же ты сразу не сказала, девочка моя! Это ж такое событие! Такая честь! А Лизкина мать еще хвасталась, что у нее такая дочка золотая: и красавица, и умница, не успела школу закончить, как ее уже вампиры забрали! А наша Ларка ничуть не хуже, она вон тоже вампиру приглянулась!

   Я почувствовала, что меня тошнит.

   - Она этим хвасталась?! Что у нее дочь убили?! И ты собралась хвастаться тем же? А ничего, что я жива еще? И крови у меня никто не пил, это папа все нафантазировал. А я - не давала ему разрешения. И не дам!

   - Лара, как...как не дашь? Ты что, хочешь нашу семью опозорить? Что мы тебя воспитываем плохо? Да обратить на себя внимание вампира - это уже великая честь! А уж если он снизошел до того, чтобы пригубить... как ты можешь даже рассуждать о таком святотатстве, как отказ одному из Творцов наших!

   - Один из Творцов наших обронил как-то мимоходом с великим презрением, что они нас еще здорово недотворили. Я тогда на него за это обиделась, а слушая тебя, понимаю, что зря.

   В универ я приехала в отвратительном настроении. И оно не улучшалось. Пары шли, а оно не улучшалось. Сначала я искренне думала, что это из-за матери, из-за отца, который так не вовремя ляпнул о моих вампирских связях. А потом поняла, что причина не в том, мне плевать, кто там что думает. Мне изначально было плохо. Плохо без него. Может, я и звала его ночью. Не помню. Отцу виднее. Но сейчас я готова была орать его имя в голос, лишь бы только пришел, лишь бы только обнял. Мое тело привыкло к его рукам, оно жаждало их, оно без них не могло. Я готова была даже вновь падать с ним в Бездну, лишь бы только он держал меня...

   Вампир, вот ведь Дракосов вампир со своим удушающим обаянием! Это просто привыкание, я знала, ничего личного. Сколько он протаскал меня на руках - час, два? Слишком тесный и продолжительный контакт, и вот результат. Умом-то я понимала. Но как же мне было теперь плохо!

   Я мечтала встретить его в коридорах, я надеялась встретить его в субботу в больнице, я из последних сил удерживала себя от того, чтобы ворваться в его кабинет. Но дни шли, я его не встречала. Почти неделю я плакала по ночам. Порой вновь просыпалась от крика, мне снилось падение в Бездну. Но постепенно как-то все прошло.

   Я стала встречаться с Темой, памятуя кураторский наказ любить человеческих мальчиков. Пару раз мы сходили в кино, разок на танцы. Целовались. Поцелуи его были бестолковыми и неумелыми, особой радости не приносили, но, раз уж встречаемся, вроде как положено.

   Приводила я Тему и домой, порадовать маму и успокоить папу. Артем им понравился, а может, порадовал сам факт, что у меня есть мальчик. Маме будет о чем подружкам рассказать, мол, ее Лариска не хуже других, и на нее внимание мальчики обращают. А папа все равно смотрел с подозрением, он так и не поверил, что Анхен не пил моей крови, а, видя, как я мучаюсь по ночам, кажется, всерьез опасался, что я кончу так же, как Лиза.